Алексей
Иванов

вопрос автору

все поля обязательны для заполнения



22.05.2010 Владимир Гусев (Новосибирск)

Уважаемый Алексей Викторович! Какие дебри? Я немного углубился в тему мести только потому, что Вы ответили - «как автор я отпускаю Моржову грех убийства подонка». Это можно было понять в том смысле, что "в некоторых случаях месть - вещь необходимая". В последнем ответе Вы ясно и четко изложили свою позицию, и я ее понял. Спасибо. Если Ваша книга порождает желание анализа некоторых эпизодов и ряд вопросов, то это, скорее, достоинство книги, а не мои старания подловить Вас на «какой-то авторской нечистоплотности». Я с уважением отношусь к Вашему творчеству и неоднократно об этом писал. Почему Вы полагаете, что выстраивать вопросы на оттенках и частностях художественного произведения (однако, месть Моржова и его убийство это важный момент в книге) не имеет смысла? Разве это частности, вопрос о том, почему Моржов отомстил смертью Лёнчика за гибель проститутки, которая не была его любимой девушкой и которая спокойно предала бы Моржова, назвав его клиентом? Он хотел даже убить мента Сергача из-за неё. Если Вам кажется, что у нас начинается какой-то спор, то я согласен эту тему прекратить.

ответ

Уважаемый Владимир.
Месть Моржова очень важна для идеи "Блуды", но тема мести как общественного деяния - не тема романа. Это я и имел в виду, когда писал про частности. То есть, роман - не апология мести. Этак ведь и "Анну Каренину" можно просчитать памфлетом на тему безопасности пассажиров на железной дороге. В общем, "Робинзон Крузо" - не про необитаемый остров, "Три мушкетёра" - не про политику Ришелье, "Дон Кихот" - не про увядание рыцарства, а "Блуда" - не про месть. Гомер, Мильтон и Паниковский.
В вашем добром отношении к моим текстам я не сомневаюсь. И общение с вами ценю. Как в "Лезвии бритвы" (если не ошибаюсь в цитате), "экс Сибериа семпер нови".

22.05.2010 Захар

Здравствуйте, Алексей Викторович. У меня вопрос об одном из сюжетов документального цикла «Хребет России». Фильм потрясающий. Фильм нужный для России и особенно для молодежи для исторической самоидентификации, для пробуждения чувства патриотизма и ощущения себя частью огромной страны, великой истории прошлого и безусловно великого будущего… (Для многих, думаю будет открытием, что по восточную сторону уральских гор «тоже живут люди».)
Я сам рожден на земле некогда приписанной к Демидовским заводам. И всегда интересовался историей родного края… И насколько мне известно механики ученик Иван Ползунов основную часть жизни прожил на Алтае. И паровую машину спроектировал и собрал в Барнауле… а не в Екатеринбурге, как говорится в фильме… Не подумайте что речь идет о ревности, которая может быть уместной при разделе пальмы первенства с теплотехниками Англии… мне удивительно отсутствие реакции со стороны научно-исторической общественности…
Любопытно узнать Ваше мнение.
С искренним уважением.
Захар (Барнаул)

ответ

Уважаемый Захар.
Большое спасибо. Мне дороги хорошие отзывы о проекте "Хребет России", хотя книгу я ценю выше фильма.
Конечно, вы правы: Ползунов переехал на Колывань в 1747 или 1748 годах в возрасте 19-20 лет. Но до этого он учился на Екатеринбургском заводе у знаменитого тогда мастера Никиты Бахорева. Да и родился в Туринске. Поэтому Урал считает Ползунова своим, и о нём говорится в учебнике "История Урала". Хотя в книге я оговариваюсь, что Ползунов - "исключение, да и то не совсем уральское". Но в целом я считаю, что вполне корректно говорить о Ползунове в теме Урала. В более подробном тексте можно объяснить, где Ползунов работал, и как Урал связан с Алтаем, но для такой поверхностной подачи, как в фильме, это будет слишком сложно, да и не нужно.
А какую, Захар, вы хотите увидеть реакцию со стороны научно-исторической общественности? Для специалистов по истории Урала в фильме нет абсолютно ничего нового. Пожалуй, и в книге тоже. За исключением концепции горнозаводской державы. Но и она - не новая, а просто малоизвестная. И я аргументирую эту концепцию не историческими документами, а культурологическими соображениями, поскольку горнозаводская цивилизация как социокультурный феномен больше и важнее горнозаводской державы как административно-промышленного явления.
Меня упорно записывают в краеведы, изредка "поднимая" до историка, но "Хребет России" - ни то и ни другое. Это культурологическая работа, правда, мощно эшелонированная историей, но лишь потому, что материал мало известен российскому читателю.
Согласитесь, что аналогия Святогор-Муромец-Микула-Радонежский и Полюд-Ермак-Бабинов-Симеон - это из области культуры, а не истории. Или, к примеру, тип уральского героя Мастера по аналогии с русским героем Богатырём. Или сама система Матрицы, которая воспроизводится в больших и малых размерах в разных исторических условиях, потому что обусловлена одним и тем же ландшафтом и одним и тем же способом освоения.
Если и стоит ожидать реакции историков, то не "классических", работающих с фактами и документами, а скорее историков-социологов. А они - "отраслевые", то есть занимаются фрагментом общей картины, а не картиной в целом. Например, историей горной администрации, или историей железной промышленности, или судьбами горных деятелей, или историей какого-либо вопроса (скажем, приписки, или посессионного права) и т.д. За деревьями не видно леса, как известно. А обобщающие труды, во первых, коллективные, во-вторых, обусловлены статистикой. Если три четверти населения горнозаводского Урала было крестьянским, то для учебника "История Урала" важен крестьянский вопрос, хотя он не имеет отношения к идентичности, ведь её выражали горнорабочие.
В общем, история как наука не занимается идентичностью, а социологи и культурологи, которые занимаются вопросами идентичности, не занимаются историей. Вот и вилка.

19.05.2010 Владимир Гусев (Новосибирск)

Уважаемый Алексей Викторович! Я понимаю, что подонка Лёнчика вряд ли кому жалко. Однако, Моржов убил его не за то, что он вербовал девчонок в проститутки. Это Моржову было пофиг, он и сам хотел пользоваться услугами этих проституток. Вы написали, что ему пришлось делать выбор: либо он трахается с девицами своего фамильона, зная, что за это заплачено кровью Алёнушки, либо убивает Лёнчика. Однако, ему еще до смерти Аленушки уже все опостылело, потому что ему все надоело, его все достало. Он уже принял решение исчезнуть. Поэтому перед ним не стояла проблема выбора. В этом я с Вами не согласен. Да, он отомстил Лёнчику. Но, почему? Ведь Аленушка это не его любимая девушка. Она только виртуально была частью его фамильона. Если бы Лёнчик благополучно довез ее тогда в Троельгу, то она спокойно заложила бы Моржова и перед всеми сказала, что он ее клиент. Что же так «вскипятило» Моржова? А если бы на месте Аленушки была Роза и он ее бросил умирать на дороге, то Моржов тоже убил бы за это Ленчика? Думаю, что да. Потому, что он отомстил бы за смерть любой «своей» девушки из своего фамильона. Отомстил бы любому, а не только в случае с Лёнчиком. Тогда получается, что Вы, хотя и говорите, что месть это плохая вещь, но намекаете, что в некоторых случаях это вещь необходимая. Что Вы на это ответите?

ответ

Уважаемый Владимир.
И всё-таки мы с вами забираемся в дебри...
Я вполне принимаю месть как естественное человеческое желание. Когда-то - справедливое, когда-то - нет. Проблема мести не в ней самой как таковой, а в том, что люди не могут остановится, когда сатисфакция совершена, не могут принять чужую сатисфакцию (и это - главное) и не могут соизмерять ущерб и его возмещение. И эти недостатки мести делают её неприемлемой для общества. Для нормального общества с моралью и работающими институтами правопорядка. Однако и в нормальном обществе бывает месть. Я её не одобряю, но понимаю. Только не втягивайте меня в спор о Виталии Калоеве и швейцарском диспетчере: это этический парадокс, который не имеет решения.
Теперь о Моржове. Конечно, Моржов убил Лёнчика конкретно за Алёнушку, а не вообще за сутенёрство. Но Моржову сутенёрство было не безразлично, хотя Моржов и пользовался его плодами. В жизни такое сплошь и рядом. Например, мы не одобряем завышенную стоимость проезда в автобусе, но и сами ездим зайцем.
Моржов не принимал решения исчезать. Зачем это ему? Он же победил, всего достиг. А проблема выбора - экзистенциальна. Для Моржова она перешла в сферу реальности только после гибели Алёнушки.
Знаете, Владимир, у меня ощущение, что вы стараетесь подловить меня на какой-то авторской нечистоплотности. Выстраиваете вопросы на оттенках и частностях - и дискредитируете в главном. "В некоторых случаях месть - вещь необходимая". Разве я писал об этом? Допуская необходимость мести в "некоторых случаях", де-факто я буду допускать её необходимость во всех случаях, потому что для любого человека его большая обида - тот самый "некоторый случай", когда месть необходима. Универсального критерия "некоторости" существовать не может. Но Борис Моржов - не Эдмон Дантес, а "Блуда и МУДО" - не "Граф Монте-Кристо".

19.05.2010 Николай

Добрый день, Алексей Викторович.
Мой к вам вопрос возник, видимо, из популярной забавы - поиск глубинного смысла.
Скажите пожалуйста, проводите ли вы параллель между своим персонажем, школьным учителем Служкиным и героем романа Гессе magister ludi Кнехтом? Мне показалось, что такое вполне может быть, и что вы хотели подчеркнуть душевное родство этих двух личностей.
Просто любопытно, правильна ли моя догадка, или сходство в фамилиях и должностях случайно?

ответ

Уважаемый Николай.
Наверное, я вас разочарую, но я не провожу такой параллели, потому что не читал у Гессе этого романа.

18.05.2010 Владимир Гусев (Новосибирск)

Уважаемый Алексей Викторович! Разрешите ответить на Вашу фразу: « Конечно, я люблю поспорить, но часто такие споры перерастают в нечто бесполезное». Я тоже понимаю бессмысленность споров и стараюсь избегать этого. Поэтому я всего лишь задаю Вам вопросы с целью лучше понять и осмыслить то, что прочитал в конкретной Вашей книге. Почему-то мой вопрос о том, для чего в «Блуде» нужно было такое «кощунственное» сравнение в том эпизоде, Вы восприняли, как мой аргумент, опровергающий или доказывающий что-то. Нет, это был всего лишь вопрос.
У меня появилось новое понимание того эпизода Моржова с Миленой.
Моржов художник, и образы у него могут возникать самые неожиданные и даже «кощунственные». Так произошло и в том эпизоде. Он сам понял «греховность» такого сравнения и попытался найти себе оправдание. Вот точная цитата: «весь грех и всю кару на себя надо было брать Моржову». Так и получилось в конце концов. А после того, как он совершил еще один грех (убил Ленчика), он расплатился за всё это карой от автора-бога. Карой стало его исчезновение из пространства романа. Моржова больше нет. Моржов проваливается в никуда. Автор-бог покарал его внезапным и абсолютным исчезновением. Потому, что по большому счету, нет оправдания убийству и нет оправдания «кощунственным» сравнениям. Например, матерная речь в романе вполне оправдана, так как это отражение того, что есть в жизни. Однако, матерная речь никогда не возможна в церкви. Даже персонажи этой книги, будучи вдруг в церкви, поймут невозможность и неоправданность матерной речи там, хотя в другом месте они без мата уже не могут. Поэтому «кощунственное» сравнение Моржова тоже не может быть оправдано ничем, как и совершенное убийство. Кара неизбежна. Так и получилось в итоге.
Как Вам такая трактовка? Она ведь имеет право на существование потому, что Ваша книга уже живет своей самостоятельной жизнью и читатели воспринимают ее по-своему.

ответ

Уважаемый Владимир.
И хорошо, что спора нет.
А с вашей трактовкой я (хе-хе) не согласен.
Я - не "бог-писатель" из "Общаги". И Моржова я не карал. Исчезновение из пиксельного мира - не кара, а скорее отдых. Моржов ушёл, потому что ему надоело, его достало, а не потому, что я его выбросил. С полномерной любовью и ненавистью Моржову нечего делать в моём романе, где все герои - "с тараканами" или дураки. Ну, как Пьеру Безухову нет места в книге Рабле, хотя Пьер любил и кушанья, и женщин.
Я не считаю убийство Лёнчика особенно тяжёлым грехом. Собаке собачья смерть. Паскудный финал Лёнчик заслужил своим паскудным поведением, потому что он вербовал девчонок в проститутки. Моржов не мог остановить Лёнчика иначе, потому что Моржов - не МВД, которое имеет тюрьмы. Занималось бы Лёнчиком МВД, и не было бы полёта с колокольни, но МВД представлено Сергачом. Напомню, что Лёнчик угробил Алёнушку - бросил её умирать. Месть - вещь плохая и тэ-дэ, но Моржову пришлось делать выбор: либо он трахается с девицами своего фамильона, зная, что за это заплачено кровью Алёнушки, либо убивает Лёнчика. Если бы события романа произошли в реальности, а Моржов не отомстил бы Лёнчику, я не стал бы писать о нём роман. Так что как автор я отпускаю Моржову грех убийства подонка, а грех кощунства списываю на дурной вкус, за который не судят, потому что не спорят, аминь. Я не господь, чтобы прощать, и вопли гуманитариев "ах, Лёнчик, убили юношу!" мне чужды. Мне его не жалко - ни в натуре, ни онтологически.

18.05.2010 Наталья

Здравствуйте, Алексей. Если конкретно, то мне интересно, согласны ли ВЫ с критикой, которая даётся "Географу"? Как Вы задумывали роман? И так ли его воспринял читатель?

ответ

Уважаемая Наталья.
Не подумайте, что я увиливаю от ответа или вредничаю, но... Критика говорила о "Географе" многие вещи, зачастую диаметрально противоположные. Например, что "Географ" - подражание "Лолите" и "Географ" - подражание "Утиной охоте" (как-то надо выбирать между Набоковым и Вампиловым, нельзя же всё сразу...). Я задумывал роман так, как я его и написал. А у читателей нет консолидированного мнения. Почитаешь один блог - ругают, почитаешь другой - хвалят...
Всё-таки я не могу вам ответить.

17.05.2010 Владимир Гусев (Новосибирск)

Уважаемый Алексей Викторович! Прочитал Ваш сложный ответ на мой вопрос по поводу тех рискованных сравнений, которые Вы использовали при описании полового акта Моржова с Миленой. Не все меня убедило.
1. Ситуация с церковными аналогиями вовсе не растолкована в эпилоге "Блуды". Там всего лишь сказано, что «Моржов и Милену обратил в веру». Но, ведь он обратил ее в СВОЮ веру, которая никакого отношения к христианской вере не имеет. Поэтому я на Ваш риторический вопрос «Если я православный, то что же: я не могу писать кощунственные вещи, когда они нужны для романа?» хочу еще раз спросить: «А зачем такие кощунственные для православного человека сравнения были нужны для романа?» Я этого не понимаю. Что бы потерялось или не отразилось в полной мере в этом романе, если бы в нем не было такого сравнения?
2. У меня возникла «крамольная» мысль,что Вы и сами сейчас не очень удовлетворены сравнением позы Милены с раскрытой книгой Библией на аналое потому, что в Вашем ответе есть такая фраза: «Истово верующий человек, я надеюсь, не возьмётся читать светский роман с названием "Блуда и МУДО", так что я надеюсь избежать праведного гнева». Я не прав?

ответ

Уважаемый Владимир.
Отвечая на ваш вопрос, я не имел цели убедить вас. Я излагал вам те соображения, которые убедили меня. Конечно, я люблю поспорить, но часто такие споры перерастают в нечто бесполезное.
1. Неужели вы считаете, что, занимаясь сексом, Моржов таким образом приобщает партнёра к православию? Не забывайте, что текст - художественный. Сравнения и метафоры - не обозначение тождества, а фигуры речи (вроде "обратил в веру") не означают, что имеется в виду конкретный факт (таинство крещения). А собственной веры у Моржова никакой нет. Он сознательно действует в формате ПМ, только обращается с этим форматом ловчее Манжетова, потому и побеждает его. Вера лично Моржова - в убийстве Лёнчика, после которого Моржов проваливается в никуда.
Вы вправе отрицать необходимость именно такой - кощунственной - подачи события, потому что мера кощунства - дело вкуса. Вы правы и в том, что ничего бы не изменилось, если бы я не использовал этого сравнения. Согласен. Это сравнение - не краеугольный камень. Но и в мировой литературе ничего бы не изменилось, если бы не было "Блуды". И во вселенной ничего бы не изменилось, если бы не было планеты Земля. Так что подобный аргумент "не работает", он "ни о чём". И споры о таких вещах - споры ни о чём.
2. Ваша "крамольная" мысль ошибочна. Я до сих пор горжусь этим сравнением, пусть оно и на грани фола. Оно красивое и точное. Оно задевает. И не только вас. Можете посмотреть некую пикировку критиков А.Наринской и Б.Кузьминского в рецензиях на "Блуду" именно по поводу этого сравнения.

17.05.2010 Владимир Гусев (Новосибирск)

Уважаемый Алексей Викторович! В интервью (Журнал «Медведь», апрель 2010 г.) Вы сказали «Ведь в тексте ничего не скроешь. Если умеешь читать текст, а писатель должен уметь, то автор как на ладони — со всеми его ценностями, комплексами, культурной базой. Всегда любопытно, как устроен другой человек, тем более значительный».
Однако, ведь это же самое относится и к Вашим книгам. В «Географе» и «Блуде» автор ведь тоже может быть «как на ладони» для опытного, внимательного читателя. Согласны? Мне вот тоже любопытно, как вы устроены – человек, создавший народный бестселлер: «Георграф глобус пропил», книгу о «бедолаге» географе-экзистенциалисте.
Поэтому я читаю Ваши книги, статьи, интервью, ответы на этом сайте и задаю вопросы. Самое главное, что привлекает внимание к Вашей личности – это то, что Вы живете по совести и по своему кодексу чести в наше такое сложное время. Это же самое отражается и в поведении главных персонажей Ваших книг. Думаю, что не только мне необходимо, чтобы в России были писатели (или другие общественные деятели), которые, если так можно выразиться, являются эталоном совести в обществе. Такие люди большая редкость, но они необходимы. Настоящий, значимый писатель в России это общественное достояние и неизбежно является неким «компасом» для многих людей. По таким людям сверяют свои мысли и понимание жизни. А кто для Вас был или есть такой «компас», такой эталон в жизни?
И еще вопрос. Когда Вы создавали образ Моржова, то были знакомы вот с этими мыслями Андрея Платонова, опубликованными в «Из записных книжек»? "Отсутствие порока в человеке (выпивка, женщины) есть доказательство отсутствия в нем души".
«Тайна проституции: единение тела предполагает единство душ, но в проституции настолько нет единения душ, настолько это явно и страшно, что нет любви, что от удивления, от гибели, от страха - "единение душ" начинает происходить. Таким образом все, что доводится до ужаса, превозмогает ужас "со дна" и любовь происходит, гибель ликвидируется. Проституция может быть прочней любви и культуры».
Еще я заметил, что вы созвучны с Андреем Платоновым вот в таких его описаниях природы:
«Облака на чистом, голубом небе как перья, остатки крыльев исчезнувших, улетевших птиц».
«Туманная вьюга прошла, открылось синее светлое небо - как окно или дверь в святой просторный мир».
Это похоже на Ваш стиль. Согласны? У А.Платонова есть персонаж Жовов – очень созвучно с Моржов, хотя сходство, конечно, только в этом.

ответ

Уважаемый Владимир.
Спасибо, конечно, но вы вгоняете меня в краску. Завидую Мэри Поппинс, которая пела: "Ах, какое блаженство знать, что я совершенство".
У меня есть знакомые люди, которые для меня - образец. Это не значит, что я всегда согласен с ними или что у них всё получается. Но духовная мощь этих людей для меня безусловна.
Тех мыслей Платонова, которые вы приводите, я не знал: я не такой уж великий спец по Платонову. Я согласен с этими словами. Они мне кажутся чересчур категоричными, но их категоричность развивается "в правильном направлении".
Со схожестью описаний природы я соглашусь. Платонов художественно видит измерениями, ярусами пространства, внутренними объёмами, невидимыми структурами - это и мне близко.

16.05.2010 Мария

Алексей Викторович, добрый день! Скажите, пожалуйста, существуют ли переводы Ваших романов на английский или французский языки? Мы бы хотели подарить нашим иностранным друзьям Ваш роман "Хребет России", но они не знают руского языка. Пока что мои поиски не увенчались успехом, и я решила непосредственно у Вас узнать! Заранее благодарю за Ваш ответ!

ответ

Уважаемая Мария.
У меня есть единственный перевод на французский: Le Geograpfe a bu son Globe. Франция, «Fayard», 2008. Больше, увы, ничего нет, и искать бесполезно.

16.05.2010 Наталья

Здравствуйте, Алексей! Прочитала вашу книгу "Географ глобус пропил" и она у меня вызвала противоречивые восприятия и мысли, решила прочитать в критике, и снова, все различно! Хотела бы узнать Ваше восприятие "Географа".

ответ

Уважаемая Наталья.
Вы задаёте слишком общий вопрос. Спрашивайте конкретнее - тогда я смогу вам ответить.

15.05.2010 Владимир Гусев (Новосибирск)

Уважаемый Алексей Викторович! У меня вопросы по поводу тех рискованных сравнений, которые Вы использовали при описании полового акта Моржова с Миленой. Вот цитата из «Блуда и МУДО»:
«Беседка была деревянной восьмиугольной ротондой... ...в подвенечной клятве: «Вместе и в радости, и в горе…»
Я лично нормально отношусь к таким аналогиям, которые даже сам Моржов называет кощунством. Вопросы следующие:
1. Очевидно, что Моржов не верующий человек (ведь он сознательно убил Ленчика). Но, вот Вы, автор и православный человек (так вы написали о себе здесь), с какой целью решились на такое «кощунство» в сравнениях и аналогиях, описывая этот половой акт? Ведь автор всегда тщательно выбирает сравнения и образы в своих произведениях и поэтому такие сравнения не случайны. Моржов раздвинул Милене ноги, как «книгу на аналое» и поднял их к куполу. Православные люди не обидятся за такое сравнение явного греховного блуда и прелюбодеяния Моржова с их священными понятиями – раскрытая книга Библия на аналое? Наверное, в подобном случае, мусульмане приготовили бы Вам страшную кару, если бы вдруг была аналогия с Кораном. Извините, но не удержался от легкой иронии.
2. Как понять вот это - «…огонек оправдания кощунству – любящие мертвы для мира, и как мёртвые, они сраму не имут»? Почему любящие мертвы для мира?
3. Вы увидели в этом обычном для Моржова половом акте (у него уже было более десятка любовниц) «тот же пульс общей жизни на двоих, что и в подвенечной клятве: «Вместе и в радости, и в горе…». Но, ведь Милена не любила Моржова. Да и него вряд ли была к ней любовь. Как же это половой акт, совершаемый без любви, сравнивать с подвенечной клятвой, которая является выражением взаимной любви обоих?

ответ

Уважаемый Владимир.
Я убрал цитату, оставив только начало и конец: желающие найдут цитату в книге. Как-то целиком цитата здесь смотрится неловко: будто публично делать хирургическую операцию.
Теперь буду отвечать.
Я бы не сказал, что Моржов - неверующий человек, хоть он и педалирует своё неверие. Как раз про Моржова и хочется сказать: "всякая душа по природе своей христианка". Хотя бы пониманием своих грехов Моржов уже близок к христианству - иначе бы и не считал грехи за грехи. В этой сцене в ротонде неверующий - как раз Милена.
Автор не тождественен человеку, православному или не православному. Если я православный, то что же: я не могу писать кощунственные вещи, когда они нужны для романа? А если я не летал в космосе, то не могу писать фантастику? А если я не трансвестит, то не могу писать от лица женщины? В романах я не транслирую лично себя, не занимаюсь самовыражением ("самовыражение непродуктивно", как сказал мне Л.Юзефович).
В координатах романа убийство Лёнчика не имеет отношения к этике. Роман - не о грехопадении художника, который начал блудом, а закончил убийством ("сегодня носит "адидас", а завтра родину продаст"). Мир "Блуды" и Ковязина - мир неподлинный. И в нём, кстати, нет любви и смерти в их онтологическом смысле, а есть спасение и неспасение ("в России нельзя жить, но можно спасаться").
Истово верующий человек, я надеюсь, не возьмётся читать светский роман с названием "Блуда и МУДО", так что я надеюсь избежать праведного гнева.
Мысль, что "любящие мертвы для мира", объяснить очень просто. Есть ситуации, когда два человека важнее друг другу, чем весь остальной мир, и что делают эти два человека - миру знать незачем, он должен постоять в сторонке. Знаете анекдот про то, как машинист поезда с огромным трудом остановил свой состав, потому что впереди на рельсах парочка занималась любовью, и что сказал любовник машинисту? "Из нас двоих кто-то должен был остановиться, я - не мог". Он был мёртв для мира, потому остановился не он, а поезд.
У Моржова, конечно, было много половых актов, но я как автор не стал бы описывать "обычный". Так что близость Моржова с Миленой не была "обычным половым актом".
Ну, и чтобы стала понятна ситуация с церковными аналогиями, фраза из эпилога "Блуды", где всё растолковано: "О сеансе ночной хирургии на подвесном мосту Щёкин не догадывался, но был убеждён, что Моржов всё сделал правильно. По-свински, конечно, но правильно. И пациент выздоровел. Так же бесстыже Моржов пристал к Розке, когда вёз её на велосипеде, но в результате оголодавшая девка оказалась накормленной. Так же бесстыже, задрав её ноги к небу, Моржов и Милену обратил в веру, а потом спасение стало её собственным делом, а не вопросом нейро-лингвистического программирования". Моржов исправляет несовершенный мир: хирургией (в жизни Сонечки просто отсекает зло), компенсацией (в жизни Розки просто даёт Розке то, чего ей не хватает) и перепрограммированием (в жизни Милены показывает, что прелесть реальных отношений важнее виртуального "успеха" "самодостаточной женщины").
Моржов - не атеист, и роман - не о вере. Роман о том, что адекватность лучше неадекватности. Цитирую: "Это мораль этического выживания, а не совершенствования". Кто выжил, спасся плотью, тот имеет шанс спасти и душу. Моржов спасает плоть и оставляет душу на свободе спасаться уже без него, потому что "не трахает душу". И этим он уже действует в христианской парадигме, но - греховной, конечно, потому что плоть греховна. А где нет греха, там либо рай, о котором у меня сведения только весьма общие, либо полное исчезновение.

14.05.2010 Вячеслав

Алексей Викторович, мне не просто интересно, а просто безумно интересно, какие объекты Вы включили бы в тур по Уралу. Какие реки, горы, города, заводы? Не поделитесь мнением своим?

ответ

Уважаемый Вячеслав.
Легко поделюсь. Все эти объекты - реки, горы, города, заводы, - я назвал и составил в 14 маршрутов в книге "Хребет России", пятая часть - "Железный пояс Урала".

14.05.2010 Анна

Здравствуйте!
Прочитала "Географ глобус пропил" и не могу понять, почему описанные в ней географические объекты и их расположение даже близко не соответствуют действительности. Новый год Служкин с "отцами" отмечали возле скалы Шихан, выйдя на станции Валежная, но скала с таким названием в Свердловской области, а возле речки Поныш (если Ледяная прообраз Чусовой(извините, если информация неверна)) скалы Семь Братьев тоже точно быть не может. Почему такое несоответствие с реальными фактами? Я понимаю, что книга не атлас, но все же, все это очень режет глаза.

ответ

Уважаемая Анна.
Скала Шихан близ станции Валёжная - это скалы Октябрьских пещер на реке Кутамыш. Шиханов на Урале великое множество - от "классических" шиханов Тратау, Куштау и Юрактау возле Стерлитамака до какой-нибудь горы Шихан возле Висима. Семь Братьев - тоже довольно распространённое название, впрочем, в "Географе" - скала Семичеловечья, а не Семь Братьев. Прообразом скалы Семичеловечья из романа стали Усьвинские Столбы. Поныш - приток Чусовой, Чусовая - прототип Ледяной, а прототип Поныша - Вильва. Можно и дальше долго перечислять, где чего я взял, чтобы составить в романе географию похода. Более того, я приведу вам ещё одну цитату, география которой взорвёт мозг, если вы читаете роман с картой в руках: "станция Дивья, станция Парма, станция Валёжная – снежная, таёжная. Станция Багул, станция Ергач, станция Тёплая Гора". Служкин никак не мог ехать через эти станции подряд - они вообще на разных ветках электрички.
Дело в том, что "Географа" не надо читать с атласом, как "Золото бунта". Разные романы - разные способы прочтения: настраивайтесь на внутренние законы романа, и не будет "резать глаза". В "Географе" я "перемешал" географию Пермского края для того, чтобы никто не воспринимал роман как путеводитель или как отчёт о трудовой деятельности А.Иванова на ниве народного образования.

14.05.2010 Иван

Уважаемый Алексей Викторович! Скажите, пожалуйста, почему в романе "Золото бунта" слова "Господь" и "Бог" вы пишите с маленькой буквы.

ответ

Уважаемый Иван.
Мне кажется, что восхваление господа правописанием - это уже чересчур. В церковных текстах - пожалуйста, они для этого и созданы. А в светских - не стоит. Господь всё-таки давал людям Слово, а не орфографию.

14.05.2010 Дмитрий

Уважаемый Алексей! Даже не знаю с чего начать… Много всего хочется сказать, но постараюсь по порядку (как дело было). Пару месяцев назад случайно на радиостанции «Звезда» услышал отрывок из книги «Золото Бунта». В течении месяца мужественно боролся со сном (трансляция начиналась в 2 ночи). Зацепило так, что скачав аудио книгу, по моему уже выучил ее всю наизусть. Далее естественно прочитал «Географа».
Раньше были крамольные мысли что после Пастернака ни кто еще в литературе всерьез не родился (беру только чувственное проникновение по своей нервозно-неприглядной глубине интенсивности, поэтому холодный Набоков – не в счёт). Но, если есть такие писатели как Вы – тогда конечно стали появляться не менее радостные мысли – неужели есть? Неужели кто-то есть? А может и правда не все еще потеряно… (Вы уж простите за грубую лесть, но с проклятым инетовским телеграфным стилем сложно что то поделать)), а лесть Вы как достойный человек конечно же пропустите мимо ушей))). Это я описал моё отношение к Вашему творчеству (что бы было понятно куда я клоню).
А клоню я вот куда… Я родился в Перми в 1973 году. Затем в 1981 переехали жить в Москву, и Москва показалась мне естественно другой галактикой по сравнению с Пермью. В Перми я жил почти что в центре – на ул. 25 октября – это неподалёку от Парка Отдыха (по моему зовется почему то «Огород»). Практически весь район состоял из бараков и старых деревянных домов – несколько семей у нас во дворе жили почему-то даже в землянках. Часть взрослого населения уже отсидела – часть только готовилась к ответственному моменту. Воды (ни горячей, ни холодной) естественно не было – чесали за два квартала на колонку. По субботам все шли мыться в баню (а там все всегда сильно боялись что цыгане украдут одежду, почему цыгане? Непонятно… наверное потому что они тоже не пойми откуда приходили мыться). На задворках нашего двора была гигантская помойная яма – туда сливали помои и я один раз ухитрился провалится туда зимой. Бараки и старые дома за многие десятилетия успели срастись многочисленными туннелями, проходами, ходами и лазами, которые мы – ребятня знали, наизусть начиная с пяти лет. Мы знали, как пересечь полквартала не спускаясь на землю (или не вылезая из под земли – на выбор). Мы вообще все знали. И взрослые к нам относились к нашему ребяческому достоинству на полном серьёзе и разговаривали с нами соответственно – ни разу не помню, что бы кого-то били или обижали. Еще мы ходили «драться», с какими то «чекистами» (это другой район неподалёку). Драки заключались в том, что мы честно вставали друг против друга на расстоянии 20-30 метров и начинали швыряться камнями (дело было на стройке и там было полно гравия). Такие бои развивали какую-то сверхъестественную ловкость и изворотливость – по тому, что все всерьёз и честно. Жвачку впервые я увидел в Москве, но естественно еще живя в Перми, слышал о ней, поэтому у нас была своя жвачка – ходили куда то за три километра и отрывали ее от стены нового дома, сие был гудрон – за черные зубы потом попадало от матери. Помню бесконечное безумие всяких разных игр – мы пропадали на улице, невзирая на любую погоду. Домой забегали только поесть – наши матери кормили нас, по-моему без разбора – кто первый под руку попадётся, ибо детей в окрестных дворах были десятки и все друг друга знали. Нас отпускали без взрослых смотреть салюты на Каму – ведь мы и так шлялись по центру города когда и где заблагорассудится… Еще помню как я организовал настоящий зимний поход «к трамплину» - по моему это где то неподалёку от Мотовилихи, мне тогда недавно стукнуло восемь лет… (искали с милицией – шутка ли 15 детей исчезли, но мы дошли до заброшенного трамплина, вволю по нему полазали и обмороженные растеряв по дороге большую часть варежек и шапок благополучно вернулись домой… Есть что вспомнить..
Есть.. примерно такие вот сюжеты: «Димка сидел на хлипком заборе для устойчивости обхватив его руками снизу.. рядом стояла Лиза – побоялась конечно залезть, но и не отходила. Стоял май.. Стояли те дни когда цвело все подряд: акации и черёмуха, сирень и тюльпаны, боярышник и конечно же яблоня… Весь двор был уже в белом ковре лепестков, но потом (Димка знал это) не пройдёт и месяца как он будет давится крошечными зелеными яблочками уверяя всех взрослых что это «просто объеденье». Яблоня в белом и Лиза в белом – подумал Димка, а подняв голову в небо он неожиданно увидел узкую полоску от самолёта рассекавшую обморочное от теплыни небо. «Розовое небо. Закат скоро. Самолёт. И у меня рубашка розовая» - Димка поудобнее устроился на заборе, намереваясь задать главный, по его мнению, вопрос текущего момента, но тут до его ушей донёсся истошный вопль: «Ди-ии-имк-а-а-а, димо-о-о-н, мы в пря-ятки-и идём!». Димка молчал. Он вдруг четко для своего семилетнего сердца осознал – нельзя сейчас никуда срываться (хоть 10 минут назад и договаривались все со всеми). Острая боль наслаждения виной, которой была полоска от пролетевшего в вечернем небе самолёта, пробороздила в его беззаботной душе счастливую и глубокую царапину – клеймо навсегда и навечно оставшееся с ним. «Лиз.. а Лиз.. ведь сейчас… вот.. вот…счастье, значит, счастье есть..? да?» «Есть» - тихонько ответила Лиза.

Это было со мной в 1980 году в мае месяце. Все чистая правда... До сих пор одно воспоминание много стоит, не променяю даже на квартиру. Зачем я так долго все описываю… А вот зачем. Алексей, у Вас вне всяких сомнений талант – именно такой, каким он и должен быть. Глубокий, чуткий, угадываемый, все понимающий… Напишите «детскую книгу» - напишите про наши игры, про Пермь, про наше время… Мы с Вами почти ровесники – значит это Вам должно быть близко. Ведь мы уходим, так же как ушло наше время. Но, можно.. можно ведь показать тем кому сейчас нет 30-ти, что мы ЖИЛИ, мы жили – а не шпарились в комп без передыху. В «Географе» - собственно это есть, там где Служкин в детстве. А Вы – с вашей талантливой убедительностью покажете то, что было до 1986 года в Перми. Я могу многое что рассказать про ту жизнь, плюс Вы и сами, я уверен более чем осведомлены. Можно даже сайт открыть или в ЖЖ – народ много чего пришлёт из того времени. Спасибо что выслушали))

ответ

Уважаемый Дмитрий.
Мои детские впечатления весьма разнятся с вашими, хотя город был общим. Но не в этом дело. Детская проза - увы, не моё. Меня не тянет. Но, судя по вашему письму, вы и сами могли бы написать подобный текст. У вас отлично получается, говорю без всяких скидок. Попробуйте вы, а?

страница: 84 из 214

+7 (912) 58 25 460

1snowball@mail.ru

продюсер
Юлия Зайцева

Instagram