Алексей
Иванов

вопрос автору

все поля обязательны для заполнения



16.05.2010 Наталья

Здравствуйте, Алексей! Прочитала вашу книгу "Географ глобус пропил" и она у меня вызвала противоречивые восприятия и мысли, решила прочитать в критике, и снова, все различно! Хотела бы узнать Ваше восприятие "Географа".

ответ

Уважаемая Наталья.
Вы задаёте слишком общий вопрос. Спрашивайте конкретнее - тогда я смогу вам ответить.

15.05.2010 Владимир Гусев (Новосибирск)

Уважаемый Алексей Викторович! У меня вопросы по поводу тех рискованных сравнений, которые Вы использовали при описании полового акта Моржова с Миленой. Вот цитата из «Блуда и МУДО»:
«Беседка была деревянной восьмиугольной ротондой... ...в подвенечной клятве: «Вместе и в радости, и в горе…»
Я лично нормально отношусь к таким аналогиям, которые даже сам Моржов называет кощунством. Вопросы следующие:
1. Очевидно, что Моржов не верующий человек (ведь он сознательно убил Ленчика). Но, вот Вы, автор и православный человек (так вы написали о себе здесь), с какой целью решились на такое «кощунство» в сравнениях и аналогиях, описывая этот половой акт? Ведь автор всегда тщательно выбирает сравнения и образы в своих произведениях и поэтому такие сравнения не случайны. Моржов раздвинул Милене ноги, как «книгу на аналое» и поднял их к куполу. Православные люди не обидятся за такое сравнение явного греховного блуда и прелюбодеяния Моржова с их священными понятиями – раскрытая книга Библия на аналое? Наверное, в подобном случае, мусульмане приготовили бы Вам страшную кару, если бы вдруг была аналогия с Кораном. Извините, но не удержался от легкой иронии.
2. Как понять вот это - «…огонек оправдания кощунству – любящие мертвы для мира, и как мёртвые, они сраму не имут»? Почему любящие мертвы для мира?
3. Вы увидели в этом обычном для Моржова половом акте (у него уже было более десятка любовниц) «тот же пульс общей жизни на двоих, что и в подвенечной клятве: «Вместе и в радости, и в горе…». Но, ведь Милена не любила Моржова. Да и него вряд ли была к ней любовь. Как же это половой акт, совершаемый без любви, сравнивать с подвенечной клятвой, которая является выражением взаимной любви обоих?

ответ

Уважаемый Владимир.
Я убрал цитату, оставив только начало и конец: желающие найдут цитату в книге. Как-то целиком цитата здесь смотрится неловко: будто публично делать хирургическую операцию.
Теперь буду отвечать.
Я бы не сказал, что Моржов - неверующий человек, хоть он и педалирует своё неверие. Как раз про Моржова и хочется сказать: "всякая душа по природе своей христианка". Хотя бы пониманием своих грехов Моржов уже близок к христианству - иначе бы и не считал грехи за грехи. В этой сцене в ротонде неверующий - как раз Милена.
Автор не тождественен человеку, православному или не православному. Если я православный, то что же: я не могу писать кощунственные вещи, когда они нужны для романа? А если я не летал в космосе, то не могу писать фантастику? А если я не трансвестит, то не могу писать от лица женщины? В романах я не транслирую лично себя, не занимаюсь самовыражением ("самовыражение непродуктивно", как сказал мне Л.Юзефович).
В координатах романа убийство Лёнчика не имеет отношения к этике. Роман - не о грехопадении художника, который начал блудом, а закончил убийством ("сегодня носит "адидас", а завтра родину продаст"). Мир "Блуды" и Ковязина - мир неподлинный. И в нём, кстати, нет любви и смерти в их онтологическом смысле, а есть спасение и неспасение ("в России нельзя жить, но можно спасаться").
Истово верующий человек, я надеюсь, не возьмётся читать светский роман с названием "Блуда и МУДО", так что я надеюсь избежать праведного гнева.
Мысль, что "любящие мертвы для мира", объяснить очень просто. Есть ситуации, когда два человека важнее друг другу, чем весь остальной мир, и что делают эти два человека - миру знать незачем, он должен постоять в сторонке. Знаете анекдот про то, как машинист поезда с огромным трудом остановил свой состав, потому что впереди на рельсах парочка занималась любовью, и что сказал любовник машинисту? "Из нас двоих кто-то должен был остановиться, я - не мог". Он был мёртв для мира, потому остановился не он, а поезд.
У Моржова, конечно, было много половых актов, но я как автор не стал бы описывать "обычный". Так что близость Моржова с Миленой не была "обычным половым актом".
Ну, и чтобы стала понятна ситуация с церковными аналогиями, фраза из эпилога "Блуды", где всё растолковано: "О сеансе ночной хирургии на подвесном мосту Щёкин не догадывался, но был убеждён, что Моржов всё сделал правильно. По-свински, конечно, но правильно. И пациент выздоровел. Так же бесстыже Моржов пристал к Розке, когда вёз её на велосипеде, но в результате оголодавшая девка оказалась накормленной. Так же бесстыже, задрав её ноги к небу, Моржов и Милену обратил в веру, а потом спасение стало её собственным делом, а не вопросом нейро-лингвистического программирования". Моржов исправляет несовершенный мир: хирургией (в жизни Сонечки просто отсекает зло), компенсацией (в жизни Розки просто даёт Розке то, чего ей не хватает) и перепрограммированием (в жизни Милены показывает, что прелесть реальных отношений важнее виртуального "успеха" "самодостаточной женщины").
Моржов - не атеист, и роман - не о вере. Роман о том, что адекватность лучше неадекватности. Цитирую: "Это мораль этического выживания, а не совершенствования". Кто выжил, спасся плотью, тот имеет шанс спасти и душу. Моржов спасает плоть и оставляет душу на свободе спасаться уже без него, потому что "не трахает душу". И этим он уже действует в христианской парадигме, но - греховной, конечно, потому что плоть греховна. А где нет греха, там либо рай, о котором у меня сведения только весьма общие, либо полное исчезновение.

14.05.2010 Вячеслав

Алексей Викторович, мне не просто интересно, а просто безумно интересно, какие объекты Вы включили бы в тур по Уралу. Какие реки, горы, города, заводы? Не поделитесь мнением своим?

ответ

Уважаемый Вячеслав.
Легко поделюсь. Все эти объекты - реки, горы, города, заводы, - я назвал и составил в 14 маршрутов в книге "Хребет России", пятая часть - "Железный пояс Урала".

14.05.2010 Анна

Здравствуйте!
Прочитала "Географ глобус пропил" и не могу понять, почему описанные в ней географические объекты и их расположение даже близко не соответствуют действительности. Новый год Служкин с "отцами" отмечали возле скалы Шихан, выйдя на станции Валежная, но скала с таким названием в Свердловской области, а возле речки Поныш (если Ледяная прообраз Чусовой(извините, если информация неверна)) скалы Семь Братьев тоже точно быть не может. Почему такое несоответствие с реальными фактами? Я понимаю, что книга не атлас, но все же, все это очень режет глаза.

ответ

Уважаемая Анна.
Скала Шихан близ станции Валёжная - это скалы Октябрьских пещер на реке Кутамыш. Шиханов на Урале великое множество - от "классических" шиханов Тратау, Куштау и Юрактау возле Стерлитамака до какой-нибудь горы Шихан возле Висима. Семь Братьев - тоже довольно распространённое название, впрочем, в "Географе" - скала Семичеловечья, а не Семь Братьев. Прообразом скалы Семичеловечья из романа стали Усьвинские Столбы. Поныш - приток Чусовой, Чусовая - прототип Ледяной, а прототип Поныша - Вильва. Можно и дальше долго перечислять, где чего я взял, чтобы составить в романе географию похода. Более того, я приведу вам ещё одну цитату, география которой взорвёт мозг, если вы читаете роман с картой в руках: "станция Дивья, станция Парма, станция Валёжная – снежная, таёжная. Станция Багул, станция Ергач, станция Тёплая Гора". Служкин никак не мог ехать через эти станции подряд - они вообще на разных ветках электрички.
Дело в том, что "Географа" не надо читать с атласом, как "Золото бунта". Разные романы - разные способы прочтения: настраивайтесь на внутренние законы романа, и не будет "резать глаза". В "Географе" я "перемешал" географию Пермского края для того, чтобы никто не воспринимал роман как путеводитель или как отчёт о трудовой деятельности А.Иванова на ниве народного образования.

14.05.2010 Иван

Уважаемый Алексей Викторович! Скажите, пожалуйста, почему в романе "Золото бунта" слова "Господь" и "Бог" вы пишите с маленькой буквы.

ответ

Уважаемый Иван.
Мне кажется, что восхваление господа правописанием - это уже чересчур. В церковных текстах - пожалуйста, они для этого и созданы. А в светских - не стоит. Господь всё-таки давал людям Слово, а не орфографию.

14.05.2010 Дмитрий

Уважаемый Алексей! Даже не знаю с чего начать… Много всего хочется сказать, но постараюсь по порядку (как дело было). Пару месяцев назад случайно на радиостанции «Звезда» услышал отрывок из книги «Золото Бунта». В течении месяца мужественно боролся со сном (трансляция начиналась в 2 ночи). Зацепило так, что скачав аудио книгу, по моему уже выучил ее всю наизусть. Далее естественно прочитал «Географа».
Раньше были крамольные мысли что после Пастернака ни кто еще в литературе всерьез не родился (беру только чувственное проникновение по своей нервозно-неприглядной глубине интенсивности, поэтому холодный Набоков – не в счёт). Но, если есть такие писатели как Вы – тогда конечно стали появляться не менее радостные мысли – неужели есть? Неужели кто-то есть? А может и правда не все еще потеряно… (Вы уж простите за грубую лесть, но с проклятым инетовским телеграфным стилем сложно что то поделать)), а лесть Вы как достойный человек конечно же пропустите мимо ушей))). Это я описал моё отношение к Вашему творчеству (что бы было понятно куда я клоню).
А клоню я вот куда… Я родился в Перми в 1973 году. Затем в 1981 переехали жить в Москву, и Москва показалась мне естественно другой галактикой по сравнению с Пермью. В Перми я жил почти что в центре – на ул. 25 октября – это неподалёку от Парка Отдыха (по моему зовется почему то «Огород»). Практически весь район состоял из бараков и старых деревянных домов – несколько семей у нас во дворе жили почему-то даже в землянках. Часть взрослого населения уже отсидела – часть только готовилась к ответственному моменту. Воды (ни горячей, ни холодной) естественно не было – чесали за два квартала на колонку. По субботам все шли мыться в баню (а там все всегда сильно боялись что цыгане украдут одежду, почему цыгане? Непонятно… наверное потому что они тоже не пойми откуда приходили мыться). На задворках нашего двора была гигантская помойная яма – туда сливали помои и я один раз ухитрился провалится туда зимой. Бараки и старые дома за многие десятилетия успели срастись многочисленными туннелями, проходами, ходами и лазами, которые мы – ребятня знали, наизусть начиная с пяти лет. Мы знали, как пересечь полквартала не спускаясь на землю (или не вылезая из под земли – на выбор). Мы вообще все знали. И взрослые к нам относились к нашему ребяческому достоинству на полном серьёзе и разговаривали с нами соответственно – ни разу не помню, что бы кого-то били или обижали. Еще мы ходили «драться», с какими то «чекистами» (это другой район неподалёку). Драки заключались в том, что мы честно вставали друг против друга на расстоянии 20-30 метров и начинали швыряться камнями (дело было на стройке и там было полно гравия). Такие бои развивали какую-то сверхъестественную ловкость и изворотливость – по тому, что все всерьёз и честно. Жвачку впервые я увидел в Москве, но естественно еще живя в Перми, слышал о ней, поэтому у нас была своя жвачка – ходили куда то за три километра и отрывали ее от стены нового дома, сие был гудрон – за черные зубы потом попадало от матери. Помню бесконечное безумие всяких разных игр – мы пропадали на улице, невзирая на любую погоду. Домой забегали только поесть – наши матери кормили нас, по-моему без разбора – кто первый под руку попадётся, ибо детей в окрестных дворах были десятки и все друг друга знали. Нас отпускали без взрослых смотреть салюты на Каму – ведь мы и так шлялись по центру города когда и где заблагорассудится… Еще помню как я организовал настоящий зимний поход «к трамплину» - по моему это где то неподалёку от Мотовилихи, мне тогда недавно стукнуло восемь лет… (искали с милицией – шутка ли 15 детей исчезли, но мы дошли до заброшенного трамплина, вволю по нему полазали и обмороженные растеряв по дороге большую часть варежек и шапок благополучно вернулись домой… Есть что вспомнить..
Есть.. примерно такие вот сюжеты: «Димка сидел на хлипком заборе для устойчивости обхватив его руками снизу.. рядом стояла Лиза – побоялась конечно залезть, но и не отходила. Стоял май.. Стояли те дни когда цвело все подряд: акации и черёмуха, сирень и тюльпаны, боярышник и конечно же яблоня… Весь двор был уже в белом ковре лепестков, но потом (Димка знал это) не пройдёт и месяца как он будет давится крошечными зелеными яблочками уверяя всех взрослых что это «просто объеденье». Яблоня в белом и Лиза в белом – подумал Димка, а подняв голову в небо он неожиданно увидел узкую полоску от самолёта рассекавшую обморочное от теплыни небо. «Розовое небо. Закат скоро. Самолёт. И у меня рубашка розовая» - Димка поудобнее устроился на заборе, намереваясь задать главный, по его мнению, вопрос текущего момента, но тут до его ушей донёсся истошный вопль: «Ди-ии-имк-а-а-а, димо-о-о-н, мы в пря-ятки-и идём!». Димка молчал. Он вдруг четко для своего семилетнего сердца осознал – нельзя сейчас никуда срываться (хоть 10 минут назад и договаривались все со всеми). Острая боль наслаждения виной, которой была полоска от пролетевшего в вечернем небе самолёта, пробороздила в его беззаботной душе счастливую и глубокую царапину – клеймо навсегда и навечно оставшееся с ним. «Лиз.. а Лиз.. ведь сейчас… вот.. вот…счастье, значит, счастье есть..? да?» «Есть» - тихонько ответила Лиза.

Это было со мной в 1980 году в мае месяце. Все чистая правда... До сих пор одно воспоминание много стоит, не променяю даже на квартиру. Зачем я так долго все описываю… А вот зачем. Алексей, у Вас вне всяких сомнений талант – именно такой, каким он и должен быть. Глубокий, чуткий, угадываемый, все понимающий… Напишите «детскую книгу» - напишите про наши игры, про Пермь, про наше время… Мы с Вами почти ровесники – значит это Вам должно быть близко. Ведь мы уходим, так же как ушло наше время. Но, можно.. можно ведь показать тем кому сейчас нет 30-ти, что мы ЖИЛИ, мы жили – а не шпарились в комп без передыху. В «Географе» - собственно это есть, там где Служкин в детстве. А Вы – с вашей талантливой убедительностью покажете то, что было до 1986 года в Перми. Я могу многое что рассказать про ту жизнь, плюс Вы и сами, я уверен более чем осведомлены. Можно даже сайт открыть или в ЖЖ – народ много чего пришлёт из того времени. Спасибо что выслушали))

ответ

Уважаемый Дмитрий.
Мои детские впечатления весьма разнятся с вашими, хотя город был общим. Но не в этом дело. Детская проза - увы, не моё. Меня не тянет. Но, судя по вашему письму, вы и сами могли бы написать подобный текст. У вас отлично получается, говорю без всяких скидок. Попробуйте вы, а?

13.05.2010 Людмила

Уважаемый Алексей! Спасибо большое за Ваши книги - с удовольствием их читаю и перечитываю. Жаль, что такие исследователи есть только на Урале... Ведь на Руси полно мест, богатых историей, преданиями, фактами и людьми интересными... Будете ли вы писать о чем либо еще и, если да, то о чем и когда? Спасибо. Людмила

ответ

Уважаемая Людмила.
Спасибо. Сейчас мне интереснее всего тема Пугачёва, хотя что из этого выйдет - не знаю. А вообще-то я ведь не писатель-историк, чтобы определяться только интересной эпохой...

13.05.2010 Георгий

Уважаемый Алексей Викторович! Скажите, интересна ли вам идея создания туристского маршрута на Урале типа Аппалачской тропы? Быть может, тогда каждый сможет хотя бы попробовать увидеть воочию Хребет России.

ответ

Уважаемый Георгий.
Посмотрел в и-нете, что такое Аппалачская тропа. Да, безусловно, здорово было бы сделать на Урале нечто подобное.

11.05.2010 Ева

Алексей! я хочу вам сказать спасибо за ваши книги. "Географ глобус пропил" я прочла в интернете, после чего отправилась в книжный магазин и купила "Блуда и МУДО", которую сегодня дочитала. Завтра собираюсь пойти и купить все остальные книжки. После "Географа..." я плакала два дня - до того это трогательная книга. После "Мудо" - второй день грызусь в интернете с теми, кто на эту книжку ругается. Она прекрасна. Мне кажется, что в обеих этих книгах - очень настойчиво желание сделать мир чище и светлее, при полном осознании бесполезности такой затеи. И все очень настоящее. Живое.
Извините, спросить мне у вас нечего, только сказать - спасибо большое.

ответ

Уважаемая Ева.
И вам большое спасибо.

11.05.2010 Вячеслав

Доброго времени суток, Алексей Викторович, понимаю, что мой вопрос не серьезен, просто очень хочется узнать, а нынче весной Вы "овогуливались"? Если да, то на какой реке?

ответ

Уважаемый Вячеслав.
Я сейчас перешёл в разряд автотуристов, а на машине и в гостинице особенно-то не овогулишься.

11.05.2010 Владимир Гусев (Новосибирск)

Уважаемый Алексей Викторович! Ваш Моржов из «БМ» не лишен самоиронии. Он ведь не обиделся бы вот такую легкую пародию? Может быть и вы улыбнетесь?
« В голове Моржова забегали пиксели напряженного мышления. Они силились сложиться в какую-нибудь реалистичную картинку действительности, но их оказалось недостаточно, и в итоге образовалось нечто вроде «Черного квадрата» Малевича с белыми пятнами. Моржов для краткости назвал его ЧКБП (черный квадрат с белыми пятнами). Моржов любил для простоты запоминания важные вещи аббревиатурить. Эти аббревиатуры были его личной иконографией, но в своем черном квадрате Малевич зашифровал систему мира, которая не поддавалась ПМ (Пиксельному Мышлению).
Моржов длинно сплюнул. Не хотелось думать про Малевича. Ноги потные ему в рот, дохлых чертей ему три кадушки. Вот плюнуть бы так же на всю ПЕРММ, на весь формализм и посвятить высокое искусство закрашивания пластин единственной теме, которая всегда и для всех интересна: теме УМ ( Уральская Матрица). Тут из неведомой дыры тотчас вылез Призрак Великой Цели. Моржов для краткости называл его ПВЦ. Мерцоид! Вот как следует называть обитателей этого пространства. Корча угрожающие рожи, Призрак-мерцоид написал пальцем на запотевшем стекле вечности: «Вы млекопитающий? Приятного млекопитания».
– Да уж… – вздохнул Моржов. – Куда ни повернись, везде тебе по морде дадут… Как говаривал Шекспир, по справедливости-то мы все достойны кнута. Поэтому должны относиться друг к другу по милости.
Моржов закурил, оглядываясь. На близкой станции перестукивались поезда. В общем-то, идти Моржову было некуда. Но он всё равно куда-то пошёл. Пошёл в больницу и закодировался от пьянства.»

ответ

Уважаемый Владимир.
Забавно. Благодарю.

10.05.2010 Сонечка М.

Здравствуйте, Алексей.
С интересом прочитала пост Владимира Гусева. И неожиданно возник следующий вопрос.
С одной стороны, из романа известно, что Моржов - современный художник, создающий новаторские арт-объекты - т.н. "пластины". Экстраполируем романную действительность в реальную - где могут быть выставлены "пластины"? В галерее М.Гельмана. С другой стороны, из романа мы знаем и то, что всё мировоззрение Моржова, вся его теория объяснения постиндустриальной действительности - тех самых гельманов блестяще изобличают и разоблачают... Теперь смоделируем ситуацию: команда Гельмана приезжает в город Ковязин "вершить культурную революцию" и приглашает Бориса Моржова пополнить свои гламурные ряды... Какую позицию гипотетически займёт Моржов?
С признательностью, Сонечка М.

ответ

Ох, уважаемая Сонечка, какой же интересный вопрос вы задали. Не прошло и года, как было замечено сходство Моржова и контингента М.Гельмана. Сходство пьесы А.Гельмана "Премия" с ситуацией вокруг Строгановской премии журналисты заметили через пару недель после скандала. Это сопоставление говорит о мере популярности "Блуды" по отношению к "Премии": если в году считать 50 недель, то "Блуда" в 25 раз менее популярна "Премии". Увы.
Теперь попробую разобраться с вопросом.
Когда я писал "Блуду", я знал и о Винзаводе, и о галерее М.Гельмана, и потому "выставил" пластины Моржова на абстрактной "Староарбатской биеннале", чтобы не было нежелательных коннотаций: меня смущала атмосфера скандала, провокации. Эпатаж - это симулякр впечатления: когда произведение рискует не произвести впечатления на зрителя, оно провоцирует скандал. Пластины Моржова по описанию - хоть и модернистские, но в духе импрессионизма, точнее, происходят от Сезанна, и в романе - отсылка именно к импрессионистам, а не к Уорхолу, Поллаку или Ротко (я так сделал, чтобы не сравнивали с "Синей бородой" Воннегнута). Согласитесь, пластины Моржова - не поп-арт, не соц-арт и не актуальное искусство в узком его понимании.
Далее.
В моей оценке деятельности М.Гельмана в Перми две составляющих: искусствоведческая и финансовая. С искусствоведческой точки зрения я считаю, что московский культурный проект актуального искусства неорганичен уральскому культурному проекту - и вообще любому провинциальному культурному проекту. Но в "Блуде" о провинциальном культурном проекте ничего не говорится, хотя и говорится, что провинция - "подлинна", то есть ещё индустриальна, а не постиндустриальна. Тема провинциального культурного проекта - тема не "Блуды", а, скорее, "Золота бунта", где Осташа - воплощение культурологического типа Мастера. Следовательно, с этой точки зрения Моржов вполне бы вписался в типологический ряд клиентуры М.Гельмана. Но есть "но" - вторая составляющая деятельности Гельмана: финансовая.
Гельман не мог появиться там, где нет достаточного финансирования, ведь он "запитан" на бюджет. Бюджет районного Ковязина Гельману был бы не интересен, как не интересен он, к примеру, Ю.Муравицкому в Лысьве. То есть, пермская ситуация для Ковязина невозможна в принципе.
Однако предположим, что возможна. Тогда вопрос: стал бы Моржов связываться с компанией, которая приватизирует бюджет? Напомню, что Моржов неплохо зарабатывает в Москве. И напомню, что Моржов отказался от подобной сделки, которую предложил ему Манжетов. Моржов - бабник и наглец, но не вор и не человек эпатажа.
В общем, я думаю, не исключено, что поначалу Моржов бы и дёрнулся в сторону Гельмана, но быстро бы сообразил, что гельмановская культурная деятельность - нечто вроде переделки выставки "Год гор" из выставки "Люби родной край" в МУДО: новаторства не слишком много. А подобной профанации, при которой наживаются за счёт Костёрычей и "упырей", Моржов уже нахлебался.
В целом, конечно, мне очень интересно сопоставлять собственную "Блуду" с пермской блудой. Не знаю, существует ли в этой блуде для кого-нибудь моржовская проблема выбора между успешным и подлинным и наберётся ли кто-нибудь, подобно Моржову, сил, чтобы выбрать всё-таки подлинное, а не успешное - месть Лёнчику, а не фамильон.

10.05.2010 Дмитрий, 40 лет

Алексей, я прочитал краткое содержание "Хребта России". Про 4-ю серию там написано, что сейчас Урал стал свободным, но нищим и разрушенным.Обьясните, пожалуйста, как так может быть?

ответ

Уважаемый Дмитрий.
Всё-таки описание фильма - "технический документ", не относитесь к нему серьёзно. Но вы, как я понимаю, хотите сказать, что нищета и свобода несовместимы? В общем, соглашусь с вами. Хотя это вопрос спорный, всё зависит от того, что понимать под свободой. В реальности (не в идеале), то есть в быту, свобода - вещь "апофатическая", всегда отрицающая что-либо, определяемая по отношению к чему-то другому. По отношению ко временам СССР нынешнее общество - безусловно, свободное: по причине уменьшения запретов. По отношению к Европе - безусловно, несвободное: по причине нищеты. В тексте, о котором вы говорите, имеется в виду свобода по отношению к принуждению к труду, обычному на Урале.

10.05.2010 Леонид

Здравствуйте, Алексей Викторович.
Я, прежде всего, хотел бы Вас поблагодарить, так как есть на то причины. Спасибо Вам за ваше творчество, за встречу в книжном в Екатеринбурге и интересную беседу, и за то, что в фильме «Хребет России» Вы показали мой родной Бисер. Вы словно напоследок показали умирающему старику огромный мир. Ведь вряд ли кто-то заметил Бисер в этих считанных кадрах вашего с Парфёновым замечательного, но, увы, такого короткого фильма, а вот сам посёлок через экраны телевизоров и с высоты Останкинской башни сознанием поколения своих последних жителей, наконец, увидел всю гигантскую Россию и даже недосягаемую Москву.
Теперь небольшой фундамент для вопроса. В одном из своих ответов на вопросы читателей на этом сайте Вы сказали, что у Вас не лежит душа к романам, что «в подлые времена романы не пишутся». Но ведь и Раскольников, и Болконский, и Бездомный, и Иван Денисович, и Служкин с Моржовым, наконец, жили в подлые времена. Да времена всегда подлые!
И ещё. В одном из ваших интервью я прочёл примерно следующее: литература утратила былое влияние на умы читателей и перестала быть частью биографии читателя, потеряла титанов слова и мысли. Не дословная цитата, но суть передал, потому что эти слова особенно сильно врезались мне в память. Так вот, ваши книги определённо стали частью моей биографии, и, возможно, ещё нескольких близких мне людей. Только благодаря Вам и вашим книгам я учусь на филолога, интересуюсь историей Урала и слежу за современной литературой. Влияние на судьбу очевидно. Каждая Ваша книга сказала мне то, чего я не знал, и показала то, чего я не видел. Часть князя Михаила и непримиримых хумляльтов, часть Остафия, Отличника, Служкина и Моржова навсегда осталась у меня в душе. Спасибо Вам!
А теперь, я, наконец, задам вопрос, который мне необходимо задать просто потому, что он есть, и другим вопросам в голове места не находится. Его нужно задать скорее для того, чтобы его задать, а не для того чтобы получить ответ.
Неужели подлые времена никогда не закончатся? Неужели Моржов, это ходячее противоречие, Печорин и Дон Жуан в одном лице, стал вашим последним героем? (На ответ я всё же рассчитываю.)
С уважением, Леонид

ответ

Уважаемый Леонид.
Искреннее спасибо за такое отношение к моим текстам.
Я понимаю, ваш вопрос не о том, будет ли следующий роман, а о том, будет ли следующий герой? Не знаю. Лично для меня герой - всегда проекция времени на роман. Для пост-советской ситуации это был Ванька Симаков, для 90-х - Служкин, для нулевых - Моржов. Нулевые не закончились с 2010 годом, просто после кризиса в чём-то поприжались, а в чём-то обнаглели, но мировоззренчески остались прежними. Перемену тактики нельзя считать переменой стратегии. Вот когда переменится стратегия, появится и реакция - адекватный герой, умеющий противостоять новой стратегии. Пока что, на мой взгляд, Моржов столь же актуален и злободневен, что и до кризиса. В общем, для нового героя приходится ждать новых времён. Объяснение получилось довольно механистичным, но мне и вправду не интересно писать о том, о чём уже написал в "Блуде".

09.05.2010 Владимир Гусев (Новосибирск)

Уважаемый Алексей Викторович! Я прочитал «Блуда и МУДО» и хочется сказать о своем впечатлении от книги. Любопытную, оригинальную и новаторскую книгу Вы сотворили, хочется ее осмыслить. Ее надо обязательно читать всем. Книга достойная. Я даже потом стал ее перечитывать, хотя, в отличие от «Географа» и «Общаги», эта книга не втягивает при чтении, но потом цепляет сильно. Не втягивает потому, что безразлично, что будет с МУДО и поэтому нет интереса к сюжету. Если сказать по-простому, то сюжет в двух словах таков: Моржов перетрахал всех, кого хотел, спас МУДО от блуда Манжетова, освободил мир от неисправимого подлеца Ленчика и растворился в пространстве.
Начинается тем, что Диана послала МоржО в жо - «Ну, Моржов, собственно, и пошёл». Кончается тем, что Моржов сам послал всех в жо: «В общем-то, идти Моржову было некуда. Но он всё равно куда-то пошёл».
Для привлекательности сюжета придуманы мерцоиды, описания разнообразного секса Моржова на природе и все это обильно приправлено матерной речью. Это заметно украшает повествование, которое местами становится немного скучновато. Например, эпизод с приездом в Троельгу проверяющих не интригует, так как все уже ясно заранее. Если бы автор ограничился короткой фразой о том, что все прошло по плану Моржова и его авантюра с обманом прошла успешно, то читателю этого вполне было бы достаточно без лишних слов. Придраться можно и к тому, что Роза по своей должности в МУДО методист и поэтому исполнять работу повара в лагере совсем не обязана. Более того, ее еще и назначили материально ответственным лицом (фактически заведующей складом) в этом лагере. Зачем ей это было бы надо за такую мизерную зарплату? Но я не хочу критиковать по пустякам.
Так чем же все-таки цепляет эта книга? А она действительно, по-настоящему, цепляет и очень крепко тем, что в книге есть любопытная концепция нового способа достойного существования талантливого человека в недостойных обстоятельствах современной России. Моржов талантливый, современный художник и умный человек. Он оригинальный мыслитель, творчески воспринимающий мир, окружающих его людей, создавший, по-выражению Щекина, свое собственное мудо (фамилион). В Троельге он фактически оказался неформальным лидером и переиграл Сергача и Манжетова.
Стилистика «Блудо и МУДО» местами напоминает мне произведения Андрея Платонова – «Леночка была девушкой просто миниатюрной, как кукла. Рядом с ней Моржов ощущал себя огромным, как Родина-мать». Или вот это: «В своей душе Моржов уже освободил место для Троельги. В силу хитроумности организации его натуры эта полость имела достаточно причудливую конфигурацию. И Моржов с изумлением почувствовал, что та Троельга, которую он увидел, легко и точно заполняет оставленные для неё объёмы, словно он заранее знал, какой эта Троельга будет».
Хочу задать вам вопрос Милены, который она задала Костёрычу: «Не слишком ли сложным вещам вы хотите обучить этих глупых детей?» Под детьми я образно подразумеваю всех читателей и критиков вашей книги. Вашим ответом будут слова Костёрыча? - «Я просто даю им компас, – виновато сказал Костёрыч. – Многие из них так и не научатся им пользоваться. Кое-кто из научившихся всё равно пойдёт не туда… Но компас-то должен быть у каждого».

ответ

Уважаемый Владимир.
Спасибо за столь интересный отзыв. Правда, меня смутило то, что, судя по вашему изложению, в "Блуде" нет никаких "сложных вещей", которые оказались бы недоступны "глупым детям", так что и вопрос ваш вроде бы излишний... Но я отвечу.
Соблазнительно было бы, конечно, примкнуть к точке зрения Костёрыча. Но Костёрыч говорил об учительстве, а не о писательстве. Учительская позиция по отношению к литературе будет сводить творчество исключительно к социально-нравственной направленности, а тут писателю недалеко и до мессианства. Я же предпочитаю онтологическое объяснение творчества, даже если его продукт - социальный анализ, проповедь или популяризация. Творчество - не мессидж, а форма существования личности, ну, а существование личности не имеет конкретной общей цели. То есть, придумав "Блуду", я не имел намерения "давать компас". Так что моим ответом будут слова не Костёрыча, а Портоса: "Я дерусь потому что я дерусь".

страница: 84 из 210

+7 (912) 58 25 460

1snowball@mail.ru

продюсер
Юлия Зайцева

Instagram